Кант, по мнению Поппера, решительным образом отвергает рационалистические учение об очевидности и потому он требует обосновывать синтетические суждения a priori так же, как и эмпирические. Однако Поппер отвергает кантовский априоризм, поскольку, как он пишет, "если синтетические суждения a priori не допускаются без доказательств то следует отвергнуть последовательным образом все синтетические суждения a priori как недоказуемые

Это мнение Поппера основывается на следующем соображении: с логической точки зрения синтетическое суждение a priori может быть доказано лишь в том случае, если уже предполагается другое априорное синтетическое суждение; однако "это другое" также следует доказать, поэтому каждая попытка доказательства априорного синтетического суждения должна вести к бесконечному регрессу.

Согласно Попперу, несостоятельность кантовского априоризма обнаруживается также и по линии введенной Кантом трансцендентальной дедукции, которой он придал синтетический характер. Последний, по словам Поппера, состоит в открытии Канта, утверждавшего, что опытное, эмпирическое познание невозможно без "закономерностей". Этим открытием кёнигсбергский мыслитель фактически придает новый смысл понятию "познание". "Познание", - отмечает Поппер, - означает искать закономерности, точнее, устанавливать и методически проверять законы природы, истинность которых никогда не может быть принципиально доказана наукой", поскольку, как полагал Кант, "рассудок не черпает свои законы (a priori) из природы, а предписывает их ей".

Соглашаясь в принципе с этим "коперниканским переворотом Канта в философии", Поппер, однако, пытается исправить его в сторону эмпирического фаллибилизма. 'Теория есть то, что наш рассудок пытается предписать природе, однако последняя часто этого не допускает Поэтому то, что создается нашим рассудком, есть по сути не теория, а гипотеза которую мы пытаемся навязать природе и которая ею может подрываться. Эта мысль стала определяющей в программе фаллибилизма, которую Поппер, обобщая и перефразируя Эйнштейна, сформулировал так: "Поскольку предложения науки касаются реальности, они - недостоверны, и поскольку они достоверны - они не касаются реальности".

Следующий момент в критике Поппером кантовского априоризма связан с антропоморфным характером трансцендентального идеализма кёнигсбергского мыслителя. По мнению Поппера, антропоморфизм кантовского априоризма находит свое выражение прежде всего в формах нашего рассудка, которые "хотя мы и можем познавать, однако не преодолевая их, а наоборот, устанавливая их одновременно и как конечные непреодолимые границы, и как абсолютные достоверные принципы нашего познания. Потому трансцендентальный идеализм может рассматриваться как радикальное осуществление мысли, что "все наши знания субъективно окрашены, антропоморфны. Поппер отвергает эту точку зрения Канта, считая, что трансцендентальный идеализм нельзя обосновать посредством идеи антропоморфизма. Дело в том, что Кант хочет объяснить теоретико-познавательную априорность принципа индукции, необходимость существования всеобщих природных закономерностей с помощью положения: наш рассудок предписывает законы природе. Однако, как считает Поппер, это положение по сути «ничего не объясняет, оно порочно и оказывается даже несовместимым с основополагающими допущениями Канта, с его определением понятий "аналитические" и "синтетические" суждения».