Моя критика теории исторических законов последовательности стадий в одном важном отношении осталась незаконченной. Я пытался показать, что "направления" или "тенденции", которые историцисты усматривают в последовательности событий, называемой историей, являются не законами, а — если они вообще существуют — тенденциями. Я показал также, почему тенденция, в отличие от закона, не должна использоваться как основа для научных предсказаний.

Однако на эту критику Милль и Конт — думаю, единственные среди историцистов, — все же смогли бы ответить. Милль, возможно, и ошибался, путая законы и тенденции. Но он мог бы напомнить нам, что и сам критиковал тех, кто ошибочно принимал "единообразие исторической последовательности" за истинный закон природы; что он тщательно оговаривал, что такое единообразие может "быть только эмпирическим законом" (термин несколько обманчивый), а также что "эмпирический закон" не следует считать надежным, пока он не приведен (reduced), "посредством [установления] совпадения априорной дедукции с исторической очевидностью", к статусу истинного закона природы. Милль мог бы напомнить нам, что он даже установил "императив, повелевавший никогда не переносить обобщение из истории в социальную науку, пока для этого не найдены достаточные основания", — то есть пока обобщение не дедуцировано из истинных природных законов, которые могут быть обоснованы независимо. (Он имел в виду законы "человеческой природы", т.е. психологии.) Этой процедуре редуцирования исторических или иных обобщений к ряду законов более высокой степени общности Милль дал название "обратного дедуктивного метода" и защищал его как единственно корректный исторический и социологический метод.