Тарский предложил способ давать определение истины, в смысле теории соответствия, для любой непротиворечивой формализованной системы. Однако не это я считаю его главным достижением.

Главным его достижениям является реабилитация высказываний о соответствии и истинности. Между прочим, он показал, при каких условиях такие высказывания могут приводить к парадоксам и как мы можем избегать таких парадоксов, и он показал также, как в обычном разговоре об истине мы можем избегать — и избегаем — парадоксов.

Коль скоро мы установили, что можем употреблять "истину" в смысле соответствия высказываний фактам, нам уже нечего добавить существенного по поводу слова "истина". Нет никакого сомнения, что соответствие фактам и есть то, что мы обычно называем "истинностью"; что в обыденном языке мы называем "истинностью" соответствие фактам, а не внутреннюю согласованность или прагматическую полезность.

Судья, призывающий свидетеля говорить правду и ничего кроме правды, не призывает его говорить то, что он считает полезным для себя или для кого-то другого. Судья призывает свидетеля говорить правду и ничего кроме правды, но не говорит ему: "Все, что от тебя требуется, это чтобы ты не запутался в противоречиях", как он должен был бы сказать, если бы был сторонником теории согласованности. Но он не этого требует от свидетеля.