Я теперь предлагаю некоторый трюк. Мой трюк состоит в следующем. Очень скоро и почти до самого конца этой главы я перестану упоминать об истине. Я не буду больше спрашивать, "что такое истина". Тому есть несколько причин. Основная причина та, что, по моему мнению, вопросы типа "Что такое...?", или, иными словами, вопросы о словах или определениях должны быть исключены. Вопросы типа "Что такое...?" я рассматриваю как псевдовопросы. Они не все кажутся такими уж псевдо, но я думаю, что они все — псевдовопросы. Я думаю, что такие вопросы, как "Что такое жизнь?", или "Что такое материя?", или "Что такое разум?", или "Что такое логика?" задавать не надо. Это типичные неплодотворные вопросы.

Так что, я полагаю, нам следует отделаться и от вопроса "Что такое истина?".

Первую, только что упомянутую, причину, по которой я отверг вопрос "Что такое истина?", можно назвать "антиэссенциализмом". Вторая причина еще важнее. Она состоит в том, что мы вообще должны бежать, как от чумы, от обсуждения значений слов. Обсуждать значения слов — излюбленная игра философии, нынешней и прошлой: философы, похоже, питают непреодолимое пристрастие к идее, что слова и их значения действительно важны и заслуживают особого внимания философии.

Так вот, весь опыт моих занятий этими проблемами научил меня, что надо всегда держаться подальше от левой стороны этой таблицы, на ее правой стороне. Надо всегда придерживаться утверждений, теорий и их истинности. Никогда не надо ввязываться в обсуждение словесных вопросов или вопросов о значении и никогда не надо интересоваться словами. Если перед вами поставят вопрос, действительно ли употребляемое вами слово означает то или, может быть, другое, отвечайте: "Я не знаю, и меня не интересуют значения; если хотите, я с радостью приму вашу терминологию". От такого ответа вреда никогда не будет.